Представьте, если бы моя теория о электронном взаимодействии людей на планете земля был бы верна, то земля, на данный момент времени "шумела" возмущая космическое пространство на секстиллион триллиардов километров вокруг. Так как за время существования человека на этой планете вся "информация" и не только от людей но и от всего живущего излучалась бы космическое пространство в виде фонового реликтового .
"Бред сивой кобылы",- сказал бы Борис Палыч Ревенков, контр адмирал тихоокеанского флота когда то.
Я как то рассказывал, как за полчаса примерно обнаружил гончарное производство на площади более 2000 метров квадратных. Это время понадобилось для перемещения из точки А в точку В и уже оттуда на место обнаруженного мной производства когда то в данной местности существовавшее. Методом триангуляции. Этот пример можно рассматривать как показатель, что может быть общего между мной и этим производством. "Древняя память" , "сила места" или не знаю даже как это могло бы называться. А вот электронное взаимодействие между мной и изделиями из глины , возможно самое на данный момент доступное обоснование этого конкретного процесса поиска. Если принять эту теорию на веру, то появится возможность обосновать множество " магических" явлений происходящих в нашей жизни. И не только обосновать, но и получить практическую пользу в виде например предсказывается торнадо, землетрясений, цунами и другие не только стихийные бедствия. Но, на данный момент это только гипотеза и хотя она и работает, но вот как это доказать в виде научного эксперимента непонятно.
Подумал вдруг, если бы в нашем мире не было бы " электричества" то не было бы нашего мира как такового. Не было бы вообще ничего и даже пыли, газов. Представить такой мир мне почему-то фантазии не хватает. Космоса как такого тоже не существовало бы и вообще ничего. Это и был бы мир настоящего хаоса.
На коралловых рифах Индо-Тихоокеанского региона обитает одно из самых удивительных существ планеты — краб рода Lybia, известный под прозвищами "пом-пом", "чирлидер" и "боксер". Размер панциря этого чуда не превышает 2,5 сантиметра, но, несмотря на столь скромные габариты, "краб-боксер" отказался от стратегии скрытности.
Вместо того чтобы прятаться от любой потенциальной угрозы, крабик вооружился. Так как эволюция не наделила его шипастым панцирем или высокой скоростью передвижения, он взял ситуацию в свои клешни — в прямом смысле.
Этот краб обзавелся живым оружием — морскими анемонами (они же актинии). Эти создания, похожие на крошечные цветки, обладают ядовитыми щупальцами. И краб, постоянно нося их в клешнях, напоминает боксера в перчатках или чирлидера с помпонами.
Актинии, которые становятся компаньонами краба, содержат в своих клетках стрекательные органеллы — нематоцисты, заполненные токсинами. Когда рыба или осьминог пытаются напасть на краба-боксера, то они немедленно получают ядовитый удар. Пропущенная двоечка от боксера — и любой хищник теряет интерес к такой добыче.
В итоге краб, не имеющий врожденных оборонительных механизмов, самостоятельно обзавелся надежной защитой, сделавшей его почти неуязвимым.
Но самое удивительное в этой истории — это не защита, а сотрудничество. Отношения между крабом и актиниями — это не попытка паразитизма, а настоящий симбиоз.
Перенося актиний по рифу, краб предоставляет им доступ к новым охотничьим угодьям. Питаются они мелкими беспозвоночными — креветками, рачками, зоопланктоном. Кроме того, когда краб разрывает и поедает добычу, что-то из этого перепадает его живым перчаткам.
Интересно, что если краб потеряет одну из своих актиний — в схватке с хищником или просто выронит случайно — он берет оставшуюся и делит ее на две части. Каждая половина, обладающая способностью к регенерации, быстро вырастает в полноценное существо. А краб вновь получает функциональные токсичные "перчатки", готовые к боевым действиям.
Этот крабик размером с пятирублевую монету является наглядным примером того, что в природе самые эффективные стратегии выживания часто основаны не на силе и размере, а на сотрудничестве и — не побоюсь этого слова — интеллекте.
Интересная статья. ТЕОРИЯ, КОТОРУЮ ФИЗИКИ НЕНАВИДЯТ, А ПРОВЕРИТЬ ПОКА НЕ МОГУТ. Вот люди живут, думают, мечтают, создают, фантазируют, наблюдают и размышляют как это все работает на чем основана жизнедеятельность мыслительного процесса человечества. И вот если убрать всё, что связано с физиологией человека, останется физика процесса. Все мы используем электричество даже не понимая как это работает на самом деле, полагаясь на основные догмы полученные опытным путем. Так же человечество накопило достаточно знаний о окружающей нас среде в которой мы живём и если так же исключить вещественную часть этой среды останется физика электричества. И если бы этого электричества не существовало бы, то ( частный пример) то у нас не было бы никаких электромагнитных передающих устройств, просто не через чего было бы возможно передать эту энергию излучения передатчиков. А теперь возьмём всю вселенную и окажется что она тоже в составе содержит электричество. То есть темная материя, энергия и электричество. И это то( электричество), что объединяет наше всё и везде. И это не только пространство, но любое вещество, минералы, газы, растения, животные, люди, планеты, космос. Люди ищут творца всего живого, а он всегда был с ними, есть и будет до самого конца.
Летающая тарелка давно стала главным символом НЛО. Стоит произнести эти слова — и воображение тут же рисует блюдцеподобный металлический аппарат, зависший в небе на радость зевакам с очень плохой камерой.
Откуда появился этот образ? Может быть, у человечества есть реальные снимки? Или где-то нашли фрагменты инопланетного аппарата, потом все засекретили, но информация все равно просочилась в массы?
Итак, история началась 24 июня 1947 года.
В тот день американский пилот Кеннет Арнольд увидел возле горы Рейнир в штате Вашингтон девять странных блестящих объектов. После посадки в Пендлтоне, штат Орегон, он рассказал об этом журналистам местной газеты East Oregonian Биллу Бекетту и Нолану Скиффу.
Для чего он обратился к журналистам? Все дело в том, что неопознанные объекты озадачили и даже напугали Арнольда. Он хотел, чтобы военные или специалисты по авиации объяснили, могли ли это быть секретные самолеты, ракеты или экспериментальные аппараты. Больше всего его тревожила возможность того, что он столкнулся с какой-то новейшей советской разработкой.
Тогда еще не было интернета, и все читали газеты. Поэтому самым быстрым способом достучаться в "высокие кабинеты" была публикация статьи в печатном издании.
В разговоре с журналистами Арнольд рассказал, что неопознанные объекты двигались очень быстро и необычно — как будто "перескакивали по воздуху". То есть речь шла о скачущем, прерывистом движении: будто плоский камешек или блюдце, удачно брошенное по воде, скачет по поверхности.
Но в газетной передаче исходное описание движения быстро превратилось в описание внешнего вида. Неопознанные объекты у горы Рейнир стали "летающими тарелками" или "летающими блюдцами". Так родился один из самых живучих визуальных образов XX века.
Дальше все развивалось само собой. Люди, прочитав в газете о "летающих тарелках", начали представлять именно тарелки: плоские, круглые и, конечно, металлические, раз они летают в небе подобно самолетам. Затем стали появляться очевидцы, которые регулярно сообщали о странных объектах в небе, описывая их уже тем языком, что им подарила пресса.
Получился замкнутый круг: газеты придумали образ, публика его запомнила, новые рассказы, публикуемые в газетах, уже соответствовали выдуманному образу, который подхватывали другие читатели.
Важно учитывать еще и время. 1947 год — это послевоенный мир. Люди уже знали о реактивной авиации, ракетах, атомной бомбе, секретных военных разработках. Поэтому небо перестало быть просто источником вдохновения и любования. Оно превратилось в пространство тревоги, угрозы и подозрений.
Поэтому семя фантазии о "летающих тарелках" было посажено в прекрасно подготовленную почву. Одни думали о секретном оружии своих военных. Другие — об опасных советских технологиях. Третьи — о внеземных цивилизациях, ведущих непрерывное наблюдение за человечеством.
Интересно, что через несколько недель после истории Арнольда произошел знаменитый Розуэлльский инцидент. И хотя реальная история там куда менее романтична, чем уфологические мифы, момент был идеальным: газеты уже вовсю трубили о "летающих тарелках", а публика жаждала новых страшилок о загадочных объектах в небе.
Со временем секретные разработки и советская угроза ушли на задний план, и "летающие тарелки" стали исключительно символом пришельцев.
Любопытно, что сам Арнольд позже описывал объекты скорее как серповидные или вытянутые, а не как диски. Но разве кого-то уже волновали эти детали?
"Летающая тарелка" — яркий пример того, как рождается миф. Один рассказ, яркое сравнение, журналистская "магия" — и через несколько лет весь мир уже знает, как "должен" выглядеть космический корабль пришельцев.
Кстати, военные действительно отреагировали на публикацию, но их официальная позиция была скептической: Арнольд мог видеть мираж или ошибиться в восприятии. Сам Арнольд настаивал, что был полностью в ясном сознании и способен отличать миражи от реальных объектов. Позже армейские офицеры поговорили с ним и признали, что человек его репутации, вероятно, действительно видел то, о чем говорил, но первоначальную позицию не изменили.
Хотите больше науки в вашей жизни? Тогда приглашаю вас в мои каналы — новый материал выходит каждые четыре часа:
Вот мне немножечко грустно, что никто из отвечающих на вопрос про создание мостов между планетами не учёл тот технический факт, что из-за вращения планет вокруг Солнца на разных скоростях мосты бы между ними попросту разорвались. В том числе Луна совершает оборот вокруг Земли над её разными территориями. Какой тут может быть мост от Земли до Луны?
А народ отвечает про ресурсы, огромные деньги, и отсутствие технологий. Тьфу!
Когда в новостных заголовках говорится о том, что ураган "Катрина", "Иэн" или "Милтон" куда-то там приближается, может показаться, что имя — просто яркая деталь, придуманная журналистами. Но на самом деле имена ураганам дают не для эффектности, а чтобы их было проще отслеживать и не путать друг с другом.
Ураган — это не просто сильный ветер, а огромная погодная система, которая может существовать несколько дней или даже недель, менять направление, усиливаться, ослабевать и представлять особую угрозу для некоторых регионов. Иногда в одном океанском бассейне могут одновременно существовать несколько штормов. В такой ситуации информирование в духе "тропический циклон к северо-востоку от Малых Антильских островов" породит путаницу.
А вот имя собственное способно решить эту проблему. Сказать "ураган Катрина приближается к побережью" намного проще, чем каждый раз озвучивать координаты и направление движения. Короткое имя легче запомнить, быстрее передать в сводке и проще использовать в предупреждениях для населения.
Рождение традиции
Раньше штормы называли по месту, дате или церковному празднику, на который они пришлись. Но такой способ был крайне неудобен: названия зависели от местных традиций, могли быть длинными и не подходили для единой системы предупреждений.
Поэтому метеорологи приняли решение использовать заранее подготовленные списки имен. В Атлантике такая система стала официальной в середине XX века. Сначала использовали только женские имена, но позже в списки добавили и мужские.
Сегодня имена штормов утверждаются заранее. Для разных регионов мира существуют свои списки, потому что такие системы формируются в разных океанских бассейнах и отслеживаются разными метеорологическими службами.
Разумеется, имя получает не каждый облачный вихрь над океаном. Для начала система должна достаточно "разогнаться" и стать тропическим штормом. После этого ей присваивают имя из заранее утвержденного списка. Если шторм усиливается, то его уже могут классифицировать как ураган, но присвоенное имя при этом остается.
Имена повторяются, но не всегда
В Атлантике используется несколько списков имен, которые идут по кругу. То есть через несколько лет имя может быть использовано вновь. Но есть исключение из правил: если ураган оказался особенно разрушительным и унес много жизней, имя, присвоенное ему, могут навсегда убрать из списка. Делается это не только во избежание путаницы в будущем, но и из уважения к пострадавшим.
Например, имя "Катрина" больше не используют для новых атлантических ураганов, так как катастрофа 2005 года сделала это название историческим, а не просто пунктом в списке.
Главная задача имени — быстро привлечь внимание. Когда метеорологи, власти, спасатели и СМИ говорят об одном и том же шторме, имя помогает всем понимать, о какой угрозе идет речь.
Это особенно важно во время эвакуации, закрытия госучреждений, подготовки больниц, предупреждения туристов и жителей побережья. В такой ситуации лишняя путаница, как показывает опыт прошлого, может стоить тысячи жизней.
Так что имя урагана — не попытка "очеловечить" погоду, а очень простой, но при этом надежный инструмент безопасности.
Ничто, обладающее массой, не может двигаться со скоростью света, поэтому в данном мысленном эксперименте берем 99% от нее. Также условно представим, что монета при вхождении в атмосферу не будет разрушена и достигнет поверхности Земли.
На первый взгляд ничего серьезного произойти не должно, ведь речь идет о предмете массой всего около трех граммов. Но при скорости, близкой к скорости света, обычная формула кинетической энергии уже не работает: здесь нужно учитывать релятивистские эффекты.
И результат такого столкновения был бы ужасающим.
Рублевая монета, летящая со скоростью 99% от скорости света, имела бы энергию около 1,64 × 10^15 джоулей. Это примерно 392 000 тонн в тротиловом эквиваленте, то есть около 392 килотонн. Для сравнения: мощность атомной бомбы "Малыш", сброшенной на Хиросиму, составляла около 15 килотонн — примерно в 26 раз меньше.
Так что рублевая монета, ударившаяся о поверхность Земли с такой скоростью, не просто оставила бы небольшой кратер. Она сформировала бы крупное ударное образование, вызвала мощную ударную волну, яркую вспышку, выброс вещества и разрушения на огромной площади.
Этот мысленный эксперимент хорошо показывает, насколько обманчивой может быть масса. При падении с обычной скоростью, привычной нам в повседневной жизни, рублевая монета максимум звякнула бы о землю. Но при разгоне до околосветовой скорости энергия ее движения превращается в чудовищную силу.
В ускорителях заряженных частиц, таких как Большой адронный коллайдер, протоны или ядра разгоняют почти до скорости света. Когда они сталкиваются, энергия высвобождается, рождая новые частицы, изучение которых позволяет проверять и уточнять наши теории. Но в случае с коллайдером речь идет о микроскопических частицах, масса которых ничтожна, поэтому даже огромная по меркам физики энергия остается управляемой для установки и не представляет опасности.
С макроскопическим объектом все иначе. Чем больше масса, тем чудовищнее становится цена разгона. Если бы мы решили отправить к звездам аппарат массой около тонны, что совсем немного для космического зонда, то для разгона до 99% скорости света в идеальных условиях потребовалось бы около 550 эксаджоулей энергии. Это сопоставимо с годовым энергопотреблением всего человечества. И это только идеальный минимум: без учета потерь, реальной эффективности двигателя и того, каким способом такую энергию вообще удалось бы передать аппарату.
По мере приближения к цели зонд нужно было бы еще и затормозить. В космосе нельзя просто нажать на педаль, как в машине: чтобы остановить объект, летящий с околосветовой скоростью, нужно куда-то передать всю его колоссальную кинетическую энергию.
Так что организация подобных научных миссий упирается не только в отсутствие технологий, но и в энергетику: разогнать невероятно трудно, затормозить — почти так же трудно, да и взять энергию для всего этого просто неоткуда.
Хотите больше науки в вашей жизни? Тогда приглашаю вас в мои каналы — новый материал выходит каждые четыре часа:
